Преображенская церковь села Сукромля Перейти к содержимому

Митрополит Савва

18 июля 2018 г. за Божественной литургией в Успенском соборе Троице-Сергиевой лавры Святейшим Патриархом Кириллом возведен в сан митрополита.

А 12.10.2018 на Вера - светлое радио опубликован разговор с ним, который шел о его о церковном служении и о недавнем назначении на Тверскую кафедру.

Мы делимся с вами этим разговором из источника.


 

Беседа с протоиереем Сергием Вишняковым

– Когда у одного иеромонаха спросили, что такое Пасха, он ответил: «Это очень трудно объяснить. У меня есть друг, ему за 70. Так вот, он недавно сказал, что год за годом понемногу стал приближаться к пониманию того, что такое Пасха. Но дается это трудно». Что же такое Пасха в историческом и в духовном аспектах?

– В историческом аспекте «пасха» – это исход евреев из Египта. Однако святитель Игнатий (Брянчанинов) в своих беседах делает акцент на том, что это событие следует понимать как исход именно из Египта духовного в Землю Обетованную, то есть переход от греха – к святости, от смерти – к вечной жизни. Посему здесь исторический смысл и духовный взаимосвязаны, святые отцы никогда их не разделяли. Таким образом, Пасха – переход от состояния рабства греху к свободе и полноте жизни во Христе. Пасха – Воскресение Христа – это великое чудо из чудес, которое не поддается объяснению. Это как святое чувство любви, кое не возможно передать словами, но которое ликованием наполняет наше сердце.

– Какие ветхозаветные события являются прообразами Воскресения Христова?

– Когда иудеи просили Господа явить чудо, Он им ответил: «Род лукавый и прелюбодейный ищет знамения; и знамение не дастся ему, кроме знамения Ионы пророка; ибо как Иона был во чреве кита три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи» (Мф. 12: 39–40). В Писании много содержится прообразов Воскресения Христова, например спасение еврейских первенцев – это прообраз спасения всех людей кровью Христа как Агнца, закланного за грехи мира. Но самый яркий из прообразов – пророк Иона во чреве кита. Потому что Господь Сам на него ссылается. По сути дела, жестоковыйные люди просили знамение, и Христос дал им его, но погодя, после Своего Воскресения. Как видим, знамение дается в тот момент, когда его способны принять.

– Канун самой строгой последней недели Великого поста – Страстной – приходится на Вербное воскресенье, праздник Входа Господня в Иерусалим. Один из участников недавней Всероссийской олимпиады по курсу «Основы православной культуры» написал, к сожалению, следующее: «Когда Иисус ехал в Иерусалим на ишаке, Он сорвал ветку вербы, чтобы погонять ишака. Впоследствии этой веткой Он исцелял больных. С тех пор люди в Вербное воскресенье слегка бьют друг друга освященной веткой вербы для того, чтобы не болеть». Скажите, пожалуйста, что нужно делать с освященной вербой, ведь с этим символом связано множество суеверий?

– Это все церковно-обрядовая сторона, имеющая сугубо символическое значение. К ней относятся вербочки, куличи, пасхи, яйца и так далее. Вербочка для нас – символ жизни. Святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит, что зима – это прообраз нашей смерти, а весна – воскресения. Вот стоит зимний сад: какое из деревьев живое, а какое – нет? Не поймем, пока не наступит весна и на деревьях не распустятся листочки. И на Пасху веточки вербы, и на Троицу ветки березы, даже на Рождество зеленые елочки – все это символы жизни. А значит, Христа мы встречаем Его символом, символом жизни, той, что Он даровал нам. Соответственно, ко всему этому необходимо иметь благоговейное отношение, но только без примеси язычества и суеверия. Например, не следует поклоняться идолу «вербобейки», о котором шла речь в вашем вопросе. Да, к сожалению, были и нередко встречаются различные передергивания в обрядовой жизни православных христиан. Но если мы будем жить глубокой духовной жизнью, то эта опасность пройдет мимо нас.

– И все-таки, что же делать с освященной вербой, когда приносишь ее домой?

– Лучше всего – поставить в вазочку возле икон; в старину веточки вербы втыкали за образа. И так она стояла целый год, напоминая о светлых пасхальных днях. Неоднократно встречал чудеса, происходившее с освященной вербой, расскажу лишь об одном из них. Как-то весной было холодновато, и верба не успела распуститься. Поэтому освященную зеленую веточку вербы без опушек одна бабушка принесла к себе домой и воткнула ее, как водится, за иконочки. Прошло лет пять, а эта веточка так и стояла за образами. И вдруг однажды на Вербное воскресение она… распустилась! Я сам приходил посмотреть на эту веточку – удивительное чудо. Ну как сухая ветка, простоявшая пять лет без воды, смогла расцвести, распуститься?! Это свидетельствует о том, что веточка тоже имеет некую причастность к празднику, вернее, не веточка, а сама природа сопричастна Воскресению Христову. Как природа после грехопадения Адама стала сопричастна греху: «стенает и мучится доныне» (Рим. 8: 22), так она и сорадуется вечной Жизни, благодаря Воскресению Спасителя.

– В народе есть поверье: чтобы избавиться от бесплодия, нужно съесть несколько сережек освященной вербы. Вроде бы, кому-то помогло. Может быть, здесь работает принцип «по вере вашей да будет вам»?

– Давайте крайностей не будем допускать: что кушать, заваривать, прикладывать, помазывать… Все-таки это ближе к язычеству. Но не стоит забывать: пророк пророчит, а Господь как хочет. Дух Святой дышит, где хочет. Не факт, что кто-то получил просимое оттого, что сережки скушал. Может, это произошло потому, что человек поверил, что Бог воскрес: Господь увидел, что сердце просящего исцеления готово принять благодать. Есть много случаев действия благодати Божией, которые не поддаются объяснению. К примеру, апостол Петр пришел, стал проповедовать еще не крещенным язычникам, а на них сошел Дух Святый. «И верующие из обрезанных, пришедшие с Петром, изумились, что дар Святаго Духа излился и на язычников… Тогда Петр сказал: “Кто может запретить креститься водою тем, которые, как и мы, получили Святаго Духа?”» (Деян. 10: 45–47).

Господь зрит на сердце, обращаясь к каждому из нас, Он взывает: «Даждь Ми сердце твое». Мы же смотрим на низшее – на сережки, на вербочки: дай пожевать, дай похлестать… Если человек воспринимает веточку как магический талисман, то он становится похож на козлика из мультика, которому говорят: «Слушай, сколько можно поедать хозяйскую герань?». А Господь зрит на сердце, готово ли оно принять Его.

– Как мирянин должен веселиться, отмечая праздник Пасхи вне храма, чтобы при этом не согрешать?

– Мне кажется, сейчас есть такая проблема: зачастую люди не понимают, что такое Пасха и что такое веселье. Если человек, находившийся долгое время в тюрьме, выходит на Божий свет и видит, что оковы с него спали, то он будет радоваться и мотыльку, и свежему ветерку, и лучику солнышка. Когда человек понимает, от чего спасен, зачем он живет, то соответственное отношение у него будет и к Пасхе. А если ему все равно, Пасха сегодня или День шахтера, значит, ему нужен только повод, чтобы напиться. Когда же верующий совершает осмысленное восхождение к вершине, проходящее через весь Великий пост к Пасхе, то, естественно, в конце этого пути он будет испытывать радость. Через подвиг веры православный христианин вступает в этот великий праздник, свидетельствующий нам о вечной жизни. Разумеется, за сорокадневный пост невозможно полностью освободиться от греха, какие-то страстишки в душе остаются, не все поборено, но в сердце все равно ликование – от надежды на милосердие Божие, праздник от осознания того, что стремящийся исполнять заповеди ради Христа никогда не будет забыт Богом. Это чудо! Словами такое трудно объяснить.

Только веселье должно быть светлым, небесным, одухотворенным, весельем ради Христа. Помните, как преподобный Серафим Саровский говорил: «Радость моя, нет нам дороги унывать, Христос Адама воскресил, смерть умертвил…».

Но опять-таки, когда речь идет о Пасхе, то говорить нужно о действии благодати Божией. Даже маловоцерковленные люди на Пасху переживают такие ощущения, которые трудно поддаются описанию. Как сказал святитель Иоанн Златоуст: «Приходите все – постившиеся и не постившиеся». Здесь уже действует Дух Божий. Было много таких случаев, когда люди, случайно придя в храм на пасхальную службу, оставались там навсегда. Они испытывали переживания, подобные тем, что были у посланников святого князя Владимира: мы не поняли, где были – на небе или на земле. Это переживание само по себе необъяснимо.

– Считается, что на Светлой седмице можно причащаться каждый день без предварительного поста. Нужно ли причащаться ежедневно в эти светлые дни?

– Что касается ежедневного причащения на первой неделе после Пасхи, да и вообще, то говеть – соблюдать какое-то воздержание и молитвенно готовиться ко причастию – нужно всегда. В каком объеме – каждый определяет себе сам. Если с этим есть проблемы, то лучше посоветоваться с духовником. Традиционно православные причащаются в Великий четверг или на Пасху. Поскольку на Светлой седмице люди проводят жизнь несколько рассеянную, несобранную, то ежедневно причащаться наставники не рекомендуют. А говеть в том или ином объеме, повторюсь, нужно всегда, и на Светлой неделе в том числе. Нельзя подходить к чаше, грубо говоря, натрескавшись и налопавшись так, что из ушей еда сыплется. Если же ты способен с переполненным желудком сосредотачивать внимание во время молитвы – пожалуйста, причащайся без поста. Но святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит, что когда мы обильно покушали, плоть утучняется, и мы не способны как следует бодрствовать. На Светлой неделе можно воздержаться или от мяса, или от молока – каждый решает сам. Общего правила не в силах никто дать, все индивидуально и зависит от усердия, веры, образа жизни каждого верующего. По этому поводу полезно почитать записи старца Иоанна Валаамского. Он перечисляет много позиций из того, на что нужно обращать внимание при подготовке ко причастию.

– Если обобщить ваши слова, получается: на Светлой седмице, несмотря на мнимую вольготность (ибо все вокруг радуются и ликуют), ко причастию необходимо относиться, как всегда, очень ответственно и сосредоточенно.

– Да. Если батюшка благословил кого-то причащаться часто, то это не означает, что этого православного благословили причащаться без внимания и благоговения, без сокрушения сердца и страха Божия. Нет! Либо старец знает твои силы, либо понуждает к тому, чтобы ты внимательно относился к своей духовной жизни. Если же проводишь жизнь рассеянную, не смей покрывать благословением духовника свою греховную жизнь. Тебя благословили жить свято, а не грешить и потом идти причащаться.

Вообще ныне в церковных кругах идет много разговоров о том, как часто нужно причащаться. Здесь надо различать духовность и душевность. Как говорил святитель Серафим (Звездинский): «Древние христиане хорошо понимали, какое счастье дано людям в таинстве причащения, они каждый день приступали к святой чаше, так чиста была их жизнь». А что происходит у нас? Например, приходит ко мне человек и говорит: «Меня старец благословил каждую неделю причащаться». Я начинаю уточнять: «Что-то здесь не так. Старец, наверное, благословил тебя не каждую неделю причащаться, а жить так свято, чтобы ты мог каждую неделю причащаться? Это значит жить внимательно по отношению к себе. Правильно?». А то живут, как поросята, и говорят: «У меня есть благословение старца на частое причащение». Вечером у них телевизор, днем работа, беготня по магазинам, бессмысленные и пустые разговоры… На скорую руку вычитали «Правило…» и идут причащаться со спокойной совестью: старец благословил. Выходит, старец, давший то благословение, берет на себя ответственность за людскую бездуховность. Так же получается?..

Значит, когда говорим о частоте причащения, надо иметь в виду, прежде всего, то, как ты к этому готовишься. Если у тебя есть благоговейное желание, уповая на бесконечное милосердие Божие, воссоединиться с Богом – пожалуйста. При этом, конечно же, ты понимаешь, что не все в твоей душе гладко и ровно. Когда, желая выздороветь, мы обращаемся к врачу, то исполняем и его предписания: лекарство пьем, воздерживаемся от чего-то. Точно так и здесь: нужно не просто стремиться к Богу, с грязными лапищами-то… Главное – душу приготовить для Великого Гостя, очищаясь от своих страстей. Ведь причастие не просто какое-то экзальтированное желание: «Ох, хочу причаститься!». А это средство, которое мне сугубо помогает побороть свои немощи, укрепить дух, сделать шаг навстречу Богу. Это надо ставить на первый план. Кто-то причащается раз в год, кто-то – раз в полгода. Есть средний путь: причащаются через два воскресенья на третье. Или, грубо говоря, один раз в месяц. Но, опять-таки, при условии внимательного отношения к себе, трезвения. Потом можно прибегать к таинству почаще. Но почаще зачастую не получается из-за нашей суетной жизни.

– Что делать человеку, если по каким-то причинам в Светлое Христово Воскресение он не имеет пасхальной радости?

– Если тот, о ком идет речь, верующий, то это немножко удивительно. Скажем так: радость за уши притягивать нет смысла, стимулировать всякими горячительными напитками тоже не стоит. Радость либо есть, либо ее нет. Если у тебя нет пасхальной радости, сходи в храм Божий, где незримо присутствует Сам Христос и люди все радуются – и тебе тоже станет радостно. Если ты хочешь быть с Богом и иметь радость, то припади к Источнику радости – к Самому Богу – и радость воцарится у тебя в душе. Бывает, что какие-то трагические обстоятельства, болезни тяготят человека. В таком случае святитель Игнатий (Брянчанинов) говорит: в болезни и скорбях вдвойне воздавай славословие Богу, вдвойне благодари, и постепенно радость в сердце придет под действием благодати Божией.

В трудностях и скорбях нужно заставлять себя приносить благодарение Богу, и тогда, как сказано в Писании, «мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдет сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе» (Флп. 4: 7).

Часто меня спрашивают: за всех людей Христос принял крестную смерть или только за верующих?

Господь умер за всех людей, то есть грехи всех нас взял на Себя. А уже уверовал или не уверовал кто-то в Бога – зависит от самого человека: готов он принять Христа или нет, способен ли он к изменению своей жизни ради Христа. Люди сами делают выбор между вечной жизнью и смертью. Это вопрос не о Боге, а о человеке и о том, какой путь он сам себе избирает. Пред Богом даже намерения имеют вес. После смерти у человека уже нет возможности ни делать добро, ни молиться, ни каяться, но остаются только намерения. К примеру, появится у кого-то там намерение напиться, а сделать этого он уже физически не сможет: тела-то нет. Но выпить-то хочется! Вот и выходит для человека страдание, мука.

– Артос (освященный хлеб) в продолжение всей Светлой седмицы занимает в храме самое видное место и в заключение пасхальных торжеств раздается верующим как духовное врачевство от душевных и телесных болезней. Расскажите об этом подробнее, как правильно хранить и принимать артос, например, во время болезни?

– Артос – это большая просфора, большой хлеб, который освящается специальной молитвой. Дома его желательно аккуратно порезать, хорошо высушить. Потому что если большим куском засушим, то его сложно будет употреблять. Принимается, действительно, во время болезни натощак с молитвой. С пониманием: это не средство, к примеру, для того, чтобы волосы не выпадали или глазки блестели, а благодатная помощь в укрепление душевных и телесных сил в борьбе с грехом и его последствиями.

– Почему Церковь освящает пасхи и куличи?

– Пасхальный кулич – это церковно-обрядовая пища. Кулич – это род артоса на нижней степени освящения. Все, что мы кушаем, – освящаем.

Употребление освященных пасх и куличей в Светлую седмицу у православных христиан можно уподобить вкушению ветхозаветной пасхи, которую народ вкушал семейно (см.: Исх. 12: 3-4). Так же и православные христиане, придя из храмов домой и окончив подвиг поста, в знак радостного единения всей семьей начинают и телесное подкрепление: все едят благословенные куличи и пасху, употребляя их в течение всей Светлой седмицы.

 Первыми воскресшего Христа увидели жены-мироносицы. Их не испугала ни темнота, ни пустынность места, ни стражники, приставленные ко гробу. Хотя апостолы, напуганные произошедшими событиями, в это время закрылись в горнице. Значит, чтобы встретить воскресшего Христа, помимо любви, необходимо стяжать еще и мужество?

– Мужество в любом случае уже присутствует у того, кто следует за Христом. Допустим, мужество сказать: я – гордый, чтобы преодолеть эту страсть. Мужество признать себя бессильным, то есть смириться, и самое главное, мужество – решимость жить по-христиански. Здесь тоже необходимо это качество характера, потому что если все вокруг веселятся и гуляют, а тебе надо поститься, то без твердости духа тут никак не обойтись. Если все тебя осуждают, а ты благодаришь Бога за все, если тебе на добро отвечают злом, а ты прощаешь и молишься за обижающих – это тоже настоящее мужество. Такого рода мужество можно назвать еще жертвенностью, без которой невозможно быть со Христом.

– Празднование Пасхи продолжается 40 дней, именно столько пребывал Христос с учениками после Своего Воскресения. В третий воскресный день после Пасхи наша Церковь прославляет подвиг святых жен-мироносиц. Как следует отмечать этот православный «женский день»? Можно ли считать, что для православных этот праздник альтернативен 8-му марта?

– Насчет альтернативы 8-му марта: думаю, параллель проводить не стоит. Мы никому это в пику не ставим. Празднику 8-го марта всего-навсего около ста лет, а так называемому православному «женскому дню», хотя все-таки это день святых жен-мироносиц, уже более двух тысяч лет. Это несоизмеримо.

Один батюшка сказал, что в этот день мы прославляем любящее женское сердце, а любовь – это жертвенность. Так ведь? Мы чествуем их, любящих жен-мироносиц, которые, несмотря на темноту и страхи, пошли ко Христу, а во время Его земной жизни служили ему своим имением и даже на Голгофе были вместе с Ним.

– А мужчине нужно делать женщине какие-то подарки в этот день, как на 8-е марта?

– Женщине необходимо всегда оказывать внимание. А уж если она стремится жить по образу жен-мироносиц, то любое ее стремление должно быть похвалено и вознаграждено.

– Почему принято дарить друг другу пасхальные яйца?

– Пасхальное яйцо символизирует жизнь. Скорлупа как бы гроб, а внутри – жизнь. Сам цвет – красный: красивый, прекрасный, вечный.

– Не секрет, что многие в пасхальные дни устраивают себе «праздник живота», были даже случаи смерти от переедания. Верно заметил один священник: «Мы любой подвиг, любую борьбу воспринимаем как что-то временное, после чего можно расслабиться и утешиться, и Пасху ожидаем как утешения, утешения именно плоти, не души». Как научиться воздерживаться за праздничным столом, ведь плоть просто криком кричит: «Пост закончился!»? И вообще, как с пользой для души и тела нужно выходить из строгих постов?

– Дорогие мои, пост закончился, а жизнь-то продолжается. Нужно же думать о последствиях наших действий. Если мы внимательно относимся к тому, что думаем, говорим, что кушаем, то какие тут могут быть последствия?

Как говорил святитель Игнатий (Брянчанинов), мы воздерживаемся от пищи не потому, что ею брезгуем, а потому, что не только количество пищи, но и качество ее может негативно воздействовать на нашу плоть и повредить нашей духовной жизни. Нужно понять, что пост – это образ жизни, а не некий отрезок времени.

Если окончился пост, то что же, теперь совсем не нужно воздерживаться? Или не нужна уже более внимательная молитва, или прекращается борьба со страстями? Понимаете, кто не вкусил «сладости» поста с его ограничениями и напряженностью молитвенного подвига, тот не вкусит в должной мере и радости от победы Христа над смертью, и утешения после окончания Великого поста. Но и в этом утешении, которое присутствует в виде разговения, нельзя допускать искажений того, что дозволено.

– Что лично у вас сейчас лежит на сердце сказать еще о Пасхе?

– Во-первых, это – чудо из чудес во всех отношениях: и по отношению ко Христу, и к человеческой истории, и по отношению лично к каждому человеку. Как и любое чудо, оно объяснению не поддается. Его можно только пережить, если мы стремимся быть с Богом. Можем ли мы описать это чудо? Да, но только ту или иную его сторону, то или иное чувство, связанное с ним. А до конца мы описать это не сможем. Поэтому пусть оно будет просто чудом, которое нужно воспринимать сердцем. «О, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки!» – говорит Господь Луке и Клеопе. «Медлительные сердцем», то есть они не оставили места чуду в своих сердцах, а значит, не оставили места действию благодати Божией. Тому, что не поддается рассудочному объяснению. Господь не упрекает учеников в отсутствии каких-то познаний, а говорит «медлительные сердцем»: вы же знали писания пророков о Мессии, умом вы сильны, а сердцем… Поэтому чем меньше мы будем описывать словами это чудо Божиего к нам снисхождения, чем больше станем взывать к Богу сердцем, тем будет лучше для нас самих. И когда мы друг другу желаем пасхальной радости, то, прежде всего, мы подразумеваем именно забвение своей какой-то рассудочности, что ли, рационализма. А пасхальная радость… От чего возникает? Ответ простой: Христос Воскрес!Все. Чудо есть – есть, нравится – нравится, следуй за этим чудом – за Христом!

– Отец Сергий, какое ваше самое яркое воспоминание о Пасхе?

– Чувство пасхальной радости всегда пребывает со мной, когда бываю на Гробе Господнем. Каждый день заходишь – каждый день ощущение Пасхи: ни о чем другом, суетном, земном, и не вспоминаешь. Такая радость в сердце – как бы изнутри бурлит.

Тем более что Святая Земля – место необычное. Некоторым святыням – по нескольку тысяч лет: например гробнице пророка Давида. А центр для православного человека именно храм Воскресения Христова. Смотришь на все это и думаешь: сколько поколений людей жили, ждали пришествия в мир Христа, сколько людей живет уже после Воскресения Спасителя. И чувствуешь себя пылинкой во всемирной Божественной истории. Нам кажется, что мы – центр Вселенной, мироздания, все нас должны слушаться, уважать, любить, прощать. А на самом же деле это не так. Здесь наши проблемы кажутся нам важными, а там, рядом с такими святынями, суета исчезает мгновенно. Не то что ты забываешь о ней – нет: она словно отпадает. Ты помнишь о каких-то своих нерешенных проблемах, но вся эта суета не ощущается столь актуальной, проблематичной и угрожающей. Вся мирская мишура отпадает.

Человек, Бог, история… И ты перед этой историей, перед лицом Божиим. Хочешь – следуй за Господом, хочешь – не следуй. Вот такое ощущение пасхальной радости было у меня на Гробе Господнем. Честно говоря, я боялся каких-то разочарований, которые обычно бывают после частого посещения святынь. Действительно, человек привыкает ко всему, даже к чуду. А здесь всякий раз, как бы часто я туда ни приходил, всегда по-новому переживал одни и те же святые чувства.

– Скажите, а до Воскресения Христа праведники после смерти все равно попадали в ад?

– Да, все праведники до пришествия Христа сходили во ад. Потому что после первородного греха все попали под власть диавола, под власть смерти. Господь после Своей смерти сошел во ад как Богочеловек. Он умер и пострадал как Человек, но нераздельно с Божеством. «Во гробе плотски, во аде же с душею, яко Бог, в Раи же с разбойником и на престоле со Отцем седяй, вся исполняяй неописанный…». А уже где пришла Жизнь, смерти быть не может. И как нельзя шарик надувать без предела – он лопнет, так же и ад не смог удержать Необъятного: разорвался. Вот оно – чудо! Господь дал чудо, оно необъяснимо. Многие праведники тогда воскресли и явились многим. Пытаться это объяснить – невозможно.

– А правда, что Иоанн Предтеча, пришед во ад прежде Христа, проповедовал Его тем, кто там находился?

– Слова об этом есть в службе Иоанну Предтече и в акафисте ему. Но надо правильно понимать: пророк не то что пришел в ад, собрал аудиторию и ну давай проповедовать. Одно его присутствие там уже было проповедью. Не стоит забывать, что это все-таки прообраз.

Беседовал Андрей Сигутин

Явление воскресшего Господа двум ученикам на пути в Эммаус

 

Трапеза в Эммаусе
День, в раннее утро которого воскрес Христос, приближался к вечеру. Ученики Его пребывали в печальном недоумении и колебании, несмотря на рассказ мироносиц. Тогда Господь не замедлил вечером того же дня явиться Сам сначала двум из них, которые «шли в селение, отстоящее стадий на шестьдесят от Иерусалима, называемое Эммаус; и разговаривали между собою о всех сих событиях». 

«И когда они разговаривали и рассуждали между собою, и Сам Иисус, приблизившись, пошел с ними. Но глаза их были удержаны, так что они не узнали Его. Он же сказал им: о чем это вы, идя, рассуждаете между собою, и отчего вы печальны?

Один из них, именем Клеопа, сказал Ему в ответ: неужели Ты один из пришедших в Иерусалим не знаешь о происшедшем в нем в эти дни? И сказал им: о чем? Они сказали Ему: о том что было с Иисусом Назарянином, Который был пророк, сильный в деле и слове пред Богом и всем народом; как предали Его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли Его. А мы надеялись было, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиля; но со всем тем, уже третий день ныне, как это произошло. Но и некоторые женщины из наших изумили нас: они были рано у гроба и не нашли тела Его и, придя, сказывали, что они видели и явление Ангелов, которые говорят, что Он жив. И пошли некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили, но Его не видели.

Тогда Он сказал им: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки! Не так ли надлежало пострадать Христу и войти в славу Свою? И, начав от Моисея, из всех пророков изъяснял им сказанное о Нем во всем Писании.

И приблизились они к тому селению, в которое шли; и Он показывал им вид, что хочет идти далее. Но они удерживали Его, говоря: останься с нами. И когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них.

И они сказали друг другу: не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге и когда изъяснял нам Писание? И, встав в тот же час, возвратились в Иерусалим и нашли вместе одиннадцать Апостолов и бывших с ними, которые говорили, что Господь истинно воскрес и явился Симону. И они рассказали о происшедшем на пути, и как Он был узнан ими в преломлении хлеба». (Лк. 24, 13–35)

Явление воскресшего Господа другим ученикам и Фоме

И в то время, как ученики с недоумением слушали рассказ Клеопы и его спутника, «Сам Иисус стал посреди них и сказал им: мир вам».

«Они, смутившись и испугавшись, подумали, что видят духа. Но Он сказал им: что смущаетесь, и для чего такие мысли входят в сердца ваши? Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня. И, сказав это, показал им руки и ноги. Когда же они от радости еще не верили и дивились, Он сказал им: есть ли у вас здесь какая пища? Они подали Ему часть печеной рыбы и сотового меда. И, взяв, ел пред ними. И сказал им: вот то, о чем Я вам говорил, еще быв с вами, что надлежит исполниться всему написанному о Мне в законе Моисеевом и в пророках и псалмах». (Лк. 24, 36–44)

И «сказал им вторично: мир вам! как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, дунул, и говорит им: примите Духа Святаго. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся».

Между тем «Фома, один из двенадцати, называемый Близнец, не был тут с ними, когда приходил Иисус. Другие ученики сказали ему: мы видели Господа. Но он сказал им: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю».

«После восьми дней опять были в доме ученики Его, и Фома с ними. Пришел Иисус, когда двери были заперты, стал посреди них и сказал: мир вам! Потом говорит Фоме: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои; и не будь неверующим, но верующим. Фома сказал Ему в ответ: Господь мой и Бог мой! Иисус говорит ему: ты поверил, потому что увидел Меня; блаженны невидевшие и уверовавшие.

Много сотворил Иисус пред учениками Своими и других чудес, о которых не писано в книге сей. Сие же написано, дабы вы уверовали, что Иисус есть Христос, Сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его». (Ин. 20, 21–31)

Завтра, 8 марта - день памяти святой блаженной Матронушки.

Тропарь:

Богом умудренную блаженную старицу Матрону,/ земли Тульския процветение/ и града Москвы преславное украшение,/ восхвалим днесь, вернии./ Сия бо, света дневнаго не познавши,/ светом Христовым просветися/ и даром прозрения и исцеления обогатися./ Пресельница же и странница на земли бывши,/ ныне в чертозех Небесных Престолу Божию предстоит// и молится о душах наших.

Отец Дионисий Афон старец

Старец Дионисий был одним из самых почитаемых афонских духовников, одним из последних столпов «старой школы» исихазма. Его называли «патриархом Афона» и приезжали к нему со всего мира люди самых разных национальностей. Отец Дионисий отошел в вечность 11 мая 2004 года в возрасте 95 лет, из которых 81 год он провел в монастыре, в том числе 78 лет — на Святой горе Афон, из них 67 лет — в келье св. Георгия «Колчу», и 57 лет окормлял многочисленных духовных чад со всех уголков мира. Предлагаем вниманию наших читателей беседу со старцем, посвященную посту.

– Отец Дионисий, расскажите нам о посте. Сегодня христиане уже не так соблюдают посты, как это было раньше. Каждый постится, как ему хочется…

– Да, каждый постится, как ему хочется. Но не все бывает так, как хотелось бы.

Посты установлены были святыми отцами на семи Вселенских Соборах, и, если мы их соблюдаем, нам подается великая Божественная благодать. Если же ты их не соблюдаешь, то тут начинается: «А, Петров пост! Да он не так уж и важен. Успенский пост! Да Богородица ведь знает, что мы не можем поститься. Великий пост! О-о-о, ну это уже слишком: целых семь недель». И так ты выдумываешь всяческие оправдания для себя и совершенно отходишь от постов. Но если нет поста, нет ничего! Ведь пост – это Божественная благодать.

И посмотри, ведь пост выхолостили уже давно. Еще в те времена, когда я был маленьким, в школе, Великим постом постились только на первой седмице да на Страстной, а в промежутке между ними разрешалось есть все. Но это далеко от истины[1], а если ты отошел от истины, значит, мы уже начали хромать. Прихрамываешь сначала на одну ногу, затем на обе ноги, пока не скажешь вовсе: «Да ну его, Бог его знает! Буду жить как все».

Видишь? Нужно иметь чуточку внимания. Чуточку внимания – и Бог поможет нам.

– Да, что же это за христианин, если не почитает пост? Тогда все равно, какой ты веры. Ты говоришь, что ты христианин, но если не постишься, то чем же ты отличаешься от язычника?

– Видишь, как прогрессирует зло? Католики не постились, и приводят себе в оправдание доказательства из Писания, каким они его понимают, будто бы пост не нужен вообще. И хоть на семи святых Вселенских Соборах и были католики – ведь тогда между нами не было разделений, – но мало-помалу они дошли до того, что у них уже не стало поста.

В Румынии в 1939 году я беседовал с одной католической монахиней, и она мне сказала: «Если я могу, то не ем мяса в Великую пятницу. Если могу; а если нет – тогда ем».

В Великую пятницу, когда Спаситель был вознесен на Крест, у католиков говорят, будто бы ничего плохого в том, что ты поешь мяса! Они тоже были ортодоксальными христианами, как и мы, а посмотри, что вышло?

Итак, я сказал вам это для примера. Ведь посмотри, когда человек начинает спускаться с горы, он чуть ли не бежит, ибо, когда идешь вниз, труднее остановиться. Доходит до того, что человек говорит: «А зачем мне поститься? В Писании же написано: что выходит из человека, то и оскверняет его, а что входит в человека, это его не оскверняет»[2].

Да, это так – да не так. Все посты установлены святыми отцами, чтобы, постясь, ты умалял страсти. Пост ты соблюдаешь, почитая страсти Спасителя: «Я пощусь, потому что Спаситель страдал за меня» и так далее. Ну а в том состоянии, в котором человечество находится теперь, чего еще ждать?[3]

– Говорят так: сейчас нельзя поститься потому, что если ты будешь поститься и не поешь мяса, то не сможешь работать в поле.

– Видишь, люди так считают, но это заблуждение. Это обман вражий, потому что естество человека сейчас полно страстей. А страсти, если они поселятся в уме, сердце и мыслях человека, становятся второй натурой. Если же они стали второй натурой, то человек начинает говорить: «Если я не поем мяса, то умру. Все, это конец». И с такими мыслями он действительно умрет!

Но это неправда. Это страсть, навязанная искусителем, который заведует складом всех зол и подбрасывает семя злых дел нам в душу и сердце. И если естество наше склоняется к одному из тех зол, которые он нам подбрасывает, то он впредь будет этим (злом) нам «помогать». Хочешь выпить водки – этим он тебе «помогает»! Хочешь поесть побольше отменных яств – этим он тебе тоже «помогает», пока не поселится в душе человека зло. Хочешь говорить ложь – он «помогает» тебе и этим, пока не приживется страсть, пока она не проклюнется, а если она проклюнется, тогда она уже пускает корень в душе и сердце человека. А если она пустила корень, то этот корень уже становится второй натурой, и ты уже убежден, что если не съешь или не выпьешь того, чего тебе хочется, то ты умрешь. Но это неправда! Это действие искусителя.

То есть ту страсть, которая закрепилась в сердце человека, пустила корни, ее уже труднее искоренить. Поэтому святые отцы учат, что всякий злой помысл, который есть в душе и сердце нашем, он очевиден, и мы должны быть уверены, что он от искусителя, и поспешить к духовнику и сказать ему: «Вот что говорит мне ум, батюшка. Вот, ум мой склоняется к тому-то и тому-то», – чтобы духовник дал тебе наставление, как его просветит благодать Святого Духа.

И этим ты посрамляешь врага, потому что если ты не идешь исповедаться, то страсти, занесенные им в твою душу и сердце, разрушат тебя. А когда никак не можешь найти священника, то исповедуйтесь друг другу, как говорят святые апостолы[4], чтобы хотя бы так получить помощь и исцелиться, ибо по-другому ты не можешь исцелиться[5].

– Есть ли шанс на спасение у тех монахов, которые едят мясо?

– Посмотрите: святые отцы изначально решили, чтобы монастыри строились вдали от людей, то есть в пустыне, чтобы монах, совершающий покаяние, мог сохранить свои пять чувств чистыми, близкими к Богу.

Монах ушел из мира, чтобы быть ближе к Богу, потому что человек, живя в миру, соскальзывает в злобу мира.

Святые отцы решили, что монахи не должны есть мяса, потому что оно разжигает страсти более всякой другой пищи. Монах, если он ест вдоволь, пьет вдоволь и спит вдоволь (особенно важен сон), тогда горе ему – он уже не может быть чистым. Тебя будут бороть страсти, плотские страсти, которые являются колоссальными страстями; поэтому святые отцы поставили предел, чтобы ты хранил себя: не ешь пищи, которая разжигает плотские страсти.

Еще тебе нужно, как монаху, не спать вдоволь, ибо тебе, как монаху, не нужно спать по восемь часов. Нужно подвизаться, ведь для того и существует монашеская жизнь, чтобы ты подвизался. Ведь посмотри, как пишут святые отцы: даже если пища у тебя смиренная, как положено монаху, но если ты спишь вдоволь, страсти снова будут бороть тебя со страшной силой.

Поэтому бодрствуйте и молитесь, чтобы войти в Царство Божие[6], то есть не спи столько, сколько хочет того тело, но будем смирять его молитвой и постом, чтобы не разжигались в нас страсти.

– А что делать, если в монастыре едят мясо? Оказывать послушание настоятелю или уйти в другое место, где его не едят?

– Искушения вражии не оставят тебя в покое, куда бы ты ни пошел. Если ты уходишь из монастыря, потому что там едят мясо, и идешь в другой, то враг уже приготовил тебе там другие искушения. Но поскольку ты не можешь исправить положение дел, то оказывай послушание, а со временем, может, руководители решат, чтобы здесь больше не ели мяса, ведь, слава Господу, монахам в монастыре есть что поесть кроме мяса. Если же они не могут отказаться от мяса, то ешь так, чтобы только тебя видели, что ты ешь, но не так, чтобы наесться.

Мясо – не нечистая пища, это пища, данная Богом, но святые отцы решили, чтобы в монашестве не ели мяса ни под каким предлогом, чтобы тебе легче было бороться с плотскими страстями. Потому и установили наказание для тех, кто ест мясо.

Но поскольку люди изменились и в некоторых монастырях случаются волнения, если монахи не поедят мяса, то ты лучше оказывай послушание, садись за стол и ешь, если это монастырь общежительный. Но ешь так, чтобы только другие видели, что ты ешь, а сам поступай, как советуют и врачи, – вставай из-за стола с некоторым желанием поесть еще.

Иеромонах Дионисий (Игнат)
Перевела с румынского Зинаида Пейкова
Calauzaortodoxa.ro

23 августа 2012 г.

1

В разных культурах слово о Рождестве соединено с разными трудностями. Слово вообще рождается трудно. А если нужно родить слово о Слове, Которое родилось от Девы, то немоты можно ожидать от самого говорливого. Сам дай мне слово, Слове Божий, да и в этом году прославится нами Твоё Пришествие в мир.
Рождество Христово
Рождество Христово

Мы имеем счастье быть окутанными христианством и имеем хамство этого не замечать. У нас разговор о Рождестве как будто лёгок и привычен. А вот попробуйте сказать о воплотившемся Боге, находясь внутри индуистской культуры, у которой сотни тысяч богов. Эти боги являются среди людей постоянно, они способны к бесчисленным воплощениям и развоплощениям. И не нужно ехать в Индию, чтобы об этом узнать — можно побеседовать хотя бы со знакомым кришнаитом славянского происхождения.Между тем, христианская весть о воплотившемся Боге уникальна и ни к чему не сводима. Вся грандиозность события заключается именно в том, что речь идёт о Боге Израиля, о Боге Ветхого Завета, со всеми теми Его качествами, которые мыслятся с непременным страхом. Это Бог, могущий всё, то есть всемогущий. Это Бог вечный, всезнающий, не безразличный к человеку, умеющий как любить, так и наказывать. Ему служат Солнце и Луна. Его Престол, закрывая лица, окружают Херувимы. В травинке видна Его премудрость, а в горных хребтах и морских глубинах очевидно Его всесилие. И именно Он родился в пещере от Девы.

Если мысль мечется между небом, которое есть Престол Божий, и землёй, которая есть подножие ног Его (Мф. 5, 33–34), если мысль пытается удержать в памяти всё, что знает о великом Боге, и соединить эту память с Дитём, положенным в ясли, то нельзя не изнемочь человеку. Человек тогда опускается на колени, точь-в-точь как волхвы на бесчисленных средневековых картинах. Человек не приносит дары и не держит в руках ни ларца, ни посоха. Он просто стоит на коленях перед Младенцем и Девой. Возможно, он уже и не думает, но созерцает. Рождество — именно праздник, требующий вначале размышления, затем усталости от последнего и перехода в созерцание. Это глубокий праздник, и над ним нужно стоять, как над колодцем, в котором ночью отражаются звёзды. Отсюда всё праздничное умиление и вся тишина Сочельника. И даже громкий смех детей и взрослых на святках — не более чем разрядка для души, немного уставшей от громадности чуда.

Да, друзья, от чуда можно устать. Потому что оно большое, а я маленький. Потому что моя душа не всегда готова жить чудом и только чудом, а оно, между тем, таково, что, поселившись в душе, неумолимо вытесняет из неё прочь всё нечудесное. И тогда возникает соблазн любить чудо не «от всея души и от всего помышления», а частично, умеренно и привычно. Как пушистую домашнюю зверушку. Этот соблазн — от усталости.

***

Что уж там индуизм с миллионом воплощающихся и испаряющихся богов! Не много ли опасней современное «культурное» басурманство, при котором и женщина — не тайна, и роды — не чудо, и дети «заводятся» или сами, как тараканы, или сознательно, как пекинес?

Мария и беспомощный Бог на Её руках — это же целое Солнце, от которого рождается тепло и текут во весь мир умные лучи. Любовь к этому удивительному вифлеемскому событию должна разрезать жизнь человечества на «до» и «после».

Что значит «до»? Значит, что женщина — объект мужских желаний и своеволия; что ребёнок — лишний рот, пока не вырастет; что сама жизнь — мрачная пещера, даже если жить в пространных покоях.

Что значит «после»? Значит, что Одна Жена стала вместилищем Тайны, и теперь всех жён в благодарность Той Одной нужно любить, защищать, уважать и быть для них рыцарем. Значит, что ребёнок — это умилительно более, чем обременительно. Значит, что поклоняться нужно отныне не грубой силе и фактическому могуществу, а такой силе и такому могуществу, которые способны унизиться до образа раба и отдать Себя на женские руки, и сопеть безмятежно на этих самых руках. И то, что эти руки будут обнимать отныне всю человеческую историю — тоже значит.

За оконным стеклом вихрем кружатся белые хлопья, хрустит под ногами снег, и опять в церквях поют: «Таинство странное вижу и преславное: небо — вертеп, Престол херувимский — Деву»[1]. То есть небо — это не то, что вверху. Настоящее небо — это там, где Бог. Христос родился в пещере — и пещеру сделал небом. До Воплощения только Небесные Силы, да и то не все, были так близко допущены к Божеству, что Господь именовался Сидящим на Херувимах и Ездящим на Серафимах. А теперь Он приблизился к Деве и через Неё так приблизился к нам, что Она превзошла близостью херувимские престолы. Так поют в церквях от лица всех думающих об этом и понимающих это. И каждый из нас может сказать вслед за ирмосом: вижу!

Видишь ли ты это, брат мой и сестра моя? Если не видишь, то не январская пурга мешает тебе и не слабое зрение. Но какой-то «-изм» попал в твоё нежное око. А может, просто суета, да предпраздничный шопинг, да забот полон рот, да на работе проблемы. Только, знаешь, никогда суета не закончится, и никуда не уйдут проблемы. Они будут мухами жужжать над ухом и появляться ниоткуда, как вездесущая пыль. Особенно если даже раз в год ты не выкроишь кусочек бесценного времени для того, чтобы в удивлении постоять над входом в одну пещеру. Там сопит вол, там о каменный пол слышен стук копыта, там тихо поёт Мария. Возможно, Ей подпевают Ангелы, но этого мы с тобой не слышим. В этой пещере скрыто твоё и моё главное Сокровище. Оно пока маленькое и нуждается в защите Иосифа. Но вообще-то, по-настоящему, маленькие — мы. И мы нуждаемся в Нём постоянно.

С Рождеством тебя, брат мой и сестра моя!


[1] Ирмос 9-й песни Рождественского канона.

Сегодня, 6 января 2018 года, к нам в храм села Сукромля в рамках авто-мото пробега заехали помолиться и пообщаться наши старые друзья и помощники, которые сильно помогали в восстановлении храма в 2010-2011 годах.

Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля Авто-мото пробег Сукромля

Все приехавшие зашли в храм и помолились.

Авто-мото пробег Храм Преображения Господня село Сукромля Авто-мото пробег Храм Преображения Господня село Сукромля Авто-мото пробег Храм Преображения Господня село Сукромля

Благодарим вас, друзья, за помощь и поддержку!

Русские мотоциклисты, Ночные волки

29 декабря исполняется 80 лет со дня мученической кончины священномученика Аркадия (Остальского), епископа Бежецкого. 

Свя­щен­но­му­че­ник Ар­ка­дий, епи­скоп Лу­бен­ский, ви­ка­рий Пол­тав­ский (в ми­ру Осталь­ский Ар­ка­дий Иоси­фо­вич) ро­дил­ся в ап­ре­ле 1888 го­да в се­ле Яко­ви­цы Жи­то­мир­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка Иоси­фа Осталь­ско­го. Впо­след­ствии ро­ди­те­ли бу­ду­ще­го Свя­ти­те­ля пе­ре­еха­ли в Жи­то­мир, ку­да пе­ре­ве­ли слу­жить от­ца Иоси­фа. Кро­ме Ар­ка­дия в се­мье бы­ли ещё двое де­тей: сын и дочь, ко­то­рая умер­ла в воз­расте трёх лет. По­сле окон­ча­ния Во­лын­ской Ду­хов­ной Се­ми­на­рии, с сен­тяб­ря 1911 го­да отец Ар­ка­дий слу­жил свя­щен­ни­ком со­бор­но­го хра­ма в го­ро­де Ста­ро-Кон­стан­ти­нов, за­тем на­сто­я­те­лем Ни­коль­ской еди­но­вер­че­ской церк­ви в го­ро­де Пол­та­ва. Во вре­мя вой­ны он — пол­ко­вой свя­щен­ник. Яв­ля­ясь с 1917 по 1922 го­ды на­сто­я­те­лем хра­ма в Жи­то­ми­ре, отец Ар­ка­дий при хра­ме же ор­га­ни­зо­вал Пра­во­слав­ное Брат­ство. Его пла­мен­ные про­по­ве­ди при­вле­ка­ли мно­же­ство на­ро­да, а Брат­ство в тяж­кие го­ды граж­дан­ской вой­ны осу­ществ­ля­ло прак­ти­че­скую по­мощь бед­ным и боль­ным, тут обу­ча­ли де­тей, хо­ро­ни­ли умер­ших, за­ни­ма­лись бла­го­тво­ри­тель­но­стью. Отец Ар­ка­дий по­имён­но пом­нил всех боль­ных, ко­то­рых опе­ка­ло Брат­ство, и, бы­ва­ло, не раз спра­ши­вал, кто де­жу­рит се­го­дня у та­кой-то, кто по­не­сёт та­кой-то обед. 

Не толь­ко дру­гих по­буж­дал он к ни­ще­лю­бию и жерт­вен­но­сти, но и сам по­ка­зы­вал при­мер этой жерт­вен­но­сти и край­не­го нес­тя­жа­ния. Близ­кие, зная, что он нуж­да­ет­ся и не име­ет средств, сши­ли ему шу­бу. Эту шу­бу он на­дел все­го ра­за два, за­тем она вне­зап­но ис­чез­ла. Ока­за­лось, он от­дал её бед­ной вдо­ве, у ко­то­рой бы­ло двое боль­ных ту­бер­ку­лё­зом де­тей. Од­на­жды он вы­шел из Жи­то­ми­ра в са­по­гах, а в Ки­ев при­шёл уже в лап­тях. Ока­за­лось, ему на до­ро­ге встре­тил­ся ка­кой-то бед­няк, и они по­ме­ня­лись обу­вью. В дру­гой раз отец Ар­ка­дий от­дал ка­ко­му-то неиму­ще­му брю­ки и остал­ся в ниж­нем бе­лье, а чтобы это­го не бы­ло вид­но, за­шил спе­ре­ди под­ряс­ник, чтобы по­лы не рас­па­хи­ва­лись. 

Отец Ар­ка­дий ча­сто слу­жил и все­гда ис­по­ве­ды­вал. На ис­по­ве­ди он ни­ко­го не то­ро­пил, пред­ла­гая без стес­не­ния на­звать то, что му­ча­ет ду­шу че­ло­ве­ка. Ино­гда ис­по­ведь за­тя­ги­ва­лась до двух ча­сов но­чи. 

Вес­ною 1922 го­да от­ца Ар­ка­дия аре­сто­ва­ли по об­ви­не­нию в со­про­тив­ле­нии изъ­я­тию цер­ков­ных цен­но­стей пря­мо на вы­хо­де из хра­ма, по­сле со­вер­ше­ния Бо­же­ствен­ной Ли­тур­гии. Тол­па мо­ля­щих­ся по­сле­до­ва­ла вме­сте со сво­им пас­ты­рем к зда­нию Ч. К., но сол­да­ты взя­ли вин­тов­ки на­из­го­тов­ку, при­ка­зы­вая всем разой­тись. Од­на­ко лю­ди от­ка­за­лись под­чи­нить­ся, тре­буя от­пу­стить свя­щен­ни­ка. Всех их си­лой уве­ли в под­вал зда­ния Ч. К. Весть об аре­сте лю­би­мо­го пас­ты­ря об­ле­те­ла го­род, в тюрь­му ста­ли при­но­сить пе­ре­да­чи в та­ком ко­ли­че­стве, что их хва­та­ло и за­клю­чён­ным, и над­зи­ра­те­лям. 

Ба­тюш­ку при­го­во­ри­ли к рас­стре­лу. Рас­ска­зы­ва­ют, что во вре­мя чте­ния об­ви­ни­тель­но­го за­клю­че­ния и при­го­во­ра отец Ар­ка­дий за­снул, и кон­во­и­ры вы­нуж­де­ны бы­ли раз­бу­дить его, чтобы со­об­щить, что он при­го­во­рён к смер­ти. «Ну что ж, — ска­зал свя­щен­ник, — бла­го­да­рю Бо­га за всё. Для ме­ня смерть — при­об­ре­те­ние» По­сле су­да вер­ные хри­сти­ане ста­ли хло­по­тать о смяг­че­нии при­го­во­ра, и он был за­ме­нён пя­тью го­да­ми за­клю­че­ния. 

По­ка отец Ар­ка­дий на­хо­дил­ся в за­клю­че­нии, его су­пру­га вы­шла за­муж за офи­це­ра Крас­ной ар­мии, по­тре­бо­вав по­сле осво­бож­де­ния ба­тюш­ки из тюрь­мы, чтобы он дал ей раз­вод. Де­тей у них не бы­ло. Так Гос­подь раз­ре­шил от­ца Ар­ка­дия от се­мей­ных уз. 

По­сле до­сроч­но­го осво­бож­де­ния в 1925 го­ду ба­тюш­ка по­ехал по­мо­лить­ся в Ди­вев­ский жен­ский мо­на­стырь. В Ди­ве­е­ве его встре­ти­ла бла­жен­ная Ма­рия Ива­нов­на, ко­то­рая вни­ма­тель­но по­гля­де­ла на при­е­хав­ше­го по­мо­лить­ся свя­щен­ни­ка и ска­за­ла ему: «Бу­дешь епи­ско­пом, но из тюрь­мы не вый­дешь». В Са­ров­ской Успен­ской пу­сты­ни он был по­стри­жен в ман­тию с остав­ле­ни­ем то­го же име­ни. 

Вер­нув­шись в Жи­то­мир, иеро­мо­нах Ар­ка­дий всё вре­мя стал от­да­вать мо­лит­ве и ас­ке­ти­че­ским по­дви­гам. Пе­ред ним, как ни­ко­гда яс­но, пред­на­чер­та­ли смысл и цель хри­сти­ан­ской жиз­ни — в стя­жа­нии Ду­ха Свя­то­го. На од­ной из от­кры­ток, по­да­рен­ной ду­хов­ной до­че­ри, он на­пи­сал по­же­ла­ние, ко­то­рое в та­кой же сте­пе­ни от­но­сил и к се­бе: «Не тот бла­жен, кто хо­ро­шо на­чи­на­ет, но кто хо­ро­шо кон­ча­ет по­двиг свой. По­се­му по­двиг по­ка­я­ния и борь­бы со стра­стя­ми дол­жен быть по­жиз­нен­ным». 

В на­ча­ле 1926 го­да иеро­мо­нах Ар­ка­дий был воз­ве­дён в сан ар­хи­манд­ри­та, а 2 сен­тяб­ря 1926 го­да ар­хи­манд­рит Ар­ка­дий был хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Лу­бен­ско­го, ви­ка­рия Пол­тав­ской епар­хии, од­на­ко епар­хи­ей управ­лять не мог, по­сколь­ку в ок­тяб­ре был аре­сто­ван и вы­слан в Харь­ков, а в фев­ра­ле 1927 го­да в Ту­ап­се. 

Въезд в епар­хию, в го­род Луб­ны, ему был за­пре­щён, од­на­ко Вла­ды­ка всё же ре­шил вы­ехать, чтобы от­слу­жить хо­тя бы Пас­халь­ное Бо­го­слу­же­ние. В Луб­ны он вы­ехал тай­но и пе­ред са­мым на­ча­лом Пас­халь­ной по­лу­нощ­ни­цы, око­ло по­ло­ви­ны две­на­дца­то­го, во­шёл в ал­тарь. Он был в паль­то, в тём­ных оч­ках и в та­ком ви­де ма­ло по­хо­дил на епи­ско­па. Диа­кон со­бо­ра стал про­го­нять незна­ком­ца, го­во­ря, что они ждут при­ез­да на­зна­чен­но­го к ним ар­хи­ерея, и ему со­всем не ме­сто сей­час в ал­та­ре. Незна­ко­мец по­про­сил вы­звать на­сто­я­те­ля, диа­кон усту­пил, и ко­гда при­шёл на­сто­я­тель, епи­скоп Ар­ка­дий от­крыл­ся ему и ска­зал, что он и есть на­зна­чен­ный к ним ар­хи­ерей. 

По­сле объ­яс­не­ний Вла­ды­ка об­ла­чил­ся, и на­ча­лось Пас­халь­ное Бо­го­слу­же­ние. Но ещё не за­кон­чи­лась служ­ба, как в со­бо­ре ста­ли по­яв­лять­ся пред­ста­ви­те­ли вла­сти. Даль­ней­шее пре­бы­ва­ние вла­ды­ки Ар­ка­дия в со­бо­ре гро­зи­ло аре­стом, и он был вы­нуж­ден скрыть­ся. Это бы­ло един­ствен­ным бо­го­слу­же­ни­ем в на­зна­чен­ной ему епар­хии. Епи­скоп ухал в Но­во-Афон­ский мо­на­стырь на Кав­каз, жил в го­рах, встре­чал­ся с по­движ­ни­ка­ми, на­се­ляв­ши­ми в то вре­мя про­па­сти и уще­лья Кав­каз­ских хреб­тов. Од­на­ко и здесь по­ло­же­ние бы­ло неспо­кой­ным. Вла­сти с по­мо­щью охот­ни­ков вы­сле­жи­ва­ли по­движ­ни­ков, аре­сто­вы­ва­ли и рас­стре­ли­ва­ли их. 

Вновь Вла­ды­ка был аре­сто­ван в ап­ре­ле 1927 го­да и со­слан в Ка­зань. Из этой ссыл­ки он бе­жал в мар­те 1928 го­да и неле­галь­но по­се­лил­ся в Ле­нин­гра­де при по­дво­рье Ки­е­во-Пе­чер­ской Лав­ры. Слу­жил он тай­но. 

В мае 1928 го­да по­сле­до­вал но­вый арест Свя­ти­те­ля, уже в Москве. Его за­клю­чи­ли в Бу­тыр­скую тюрь­му. В июле то­го же го­да Вла­ды­ка был при­го­во­рён к пя­ти го­дам за­клю­че­ния в ла­ге­ре, а в даль­ней­шем срок про­дли­ли ещё на пять лет. 

Вла­ды­ка на­хо­дил­ся в еди­но­мыс­лии с кли­ри­ка­ми и при­хо­жа­на­ми «Ме­чёв­ско­го» цен­тра уме­рен­ной оп­по­зи­ции при хра­ме Свя­ти­те­ля Ни­ко­лая, что на Ма­ро­сей­ке в Москве, на­сто­я­те­лем ко­то­ро­го по­сле кон­чи­ны по­чи­та­е­мо­го в на­ро­де от­ца Алек­сия Ме­чё­ва (па­мять 9 июня) стал его сын отец Сер­гий. Офи­ци­аль­но не от­де­ля­ясь от мит­ро­по­ли­та Сер­гия, они рез­ко кри­ти­ко­ва­ли его, по­да­ва­ли про­ше­ния об уволь­не­нии на по­кой, воз­дер­жи­ва­лись от воз­но­ше­ния его име­ни за бо­го­слу­же­ни­я­ми. 

Как-то, бу­дучи тай­но в Москве меж­ду бес­ко­неч­ны­ми ссыл­ка­ми, Вла­ды­ка по­пы­тал­ся об­ра­тить­ся к мит­ро­по­ли­ту Сер­гию (Стра­го­род­ско­му) за разъ­яс­не­ни­я­ми о совре­мен­ной цер­ков­ной жиз­ни, од­на­ко тот не стал с ним раз­го­ва­ри­вать, пред­ло­жив ему преж­де явить­ся в Н. К. В. Д. 

С 1928 по 1937 го­ды с неболь­шим пе­ре­ры­вом Вла­ды­ка на­хо­дил­ся в за­клю­че­нии на Со­лов­ках. Там он был опре­де­лён на са­мую тя­жё­лую ра­бо­ту. Ла­гер­ное на­чаль­ство, ви­дя, ка­кое бла­го­твор­ное вли­я­ние Вла­ды­ка ока­зы­ва­ет на окру­жа­ю­щих, и, опа­са­ясь это­го вли­я­ния, ча­сто пе­ре­во­ди­ло его с од­но­го ме­ста на дру­гое. Вла­ды­ка раз­да­вал всё, что по­лу­чал от ду­хов­ных де­тей и ста­рал­ся, чтобы ссыль­ное ду­хо­вен­ство по­мо­га­ло друг дру­гу. 

Боль­шое чис­ло осве­до­ми­те­лей и по­сто­ян­ное на­блю­де­ние за за­клю­чён­ны­ми зна­чи­тель­но утя­же­ля­ли усло­вия пре­бы­ва­ния в ла­ге­ре. Здесь на каж­до­го уз­ни­ка был за­ве­дён сек­рет­ный фор­му­ляр, в ко­то­ром от­ме­ча­лось его по­ве­де­ние, как он ра­бо­та­ет, что го­во­рил, ка­ких взгля­дов при­дер­жи­ва­ет­ся. Ла­гер­ное на­чаль­ство ис­ка­ло по­вод, чтобы аре­сто­вать епи­ско­па-по­движ­ни­ка, име­ю­ще­го вы­со­кий ав­то­ри­тет сре­ди за­клю­чён­ных. По­во­дом к это­му ста­ло уча­стие Вла­ды­ки и дру­гих свя­щен­но­слу­жи­те­лей во все­нощ­ной под Бла­го­ве­ще­ние. След­ствие бы­ло за­кон­че­но в июле. Мно­гие свя­щен­ни­ки и ми­ряне бы­ли осуж­де­ны на дис­ци­пли­нар­ные на­ка­за­ния — пре­бы­ва­ние в штраф­ном изо­ля­то­ре. Де­ло епи­ско­па Ар­ка­дия бы­ло на­прав­ле­но для рас­смот­ре­ния в трой­ку О. Г. П. У., ко­то­рая при­го­во­ри­ла его к пя­ти го­дам за­клю­че­ния в конц­ла­ге­ре. По­сле при­го­во­ра Вла­ды­ку в ка­че­стве на­ка­за­ния пе­ре­ве­ли на неко­то­рое вре­мя на Се­кир­ную Го­ру, ко­то­рая пред­став­ля­ла со­бой по­до­бие внут­рен­ней Со­ло­вец­кой тюрь­мы с са­мым су­ро­вым ре­жи­мом. Кор­ми­ли там гни­лы­ми про­дук­та­ми, и то в са­мом ма­лом ко­ли­че­стве. На Се­кир­ной Го­ре бы­ло два «от­де­ле­ния» — верх­нее и ниж­нее. Це­лы­ми дня­ми за­клю­чён­ные «верх­не­го от­де­ле­ния» долж­ны бы­ли си­деть на жёр­доч­ках, не до­ста­вая но­га­ми до по­ла, вплот­ную друг к дру­гу. На ночь раз­ре­ша­лось лечь на го­лом ка­мен­ном по­лу, но укрыть­ся бы­ло нечем. За­клю­чён­ных бы­ло столь­ко, что спать при­хо­ди­лось всю ночь на од­ном бо­ку. Через неко­то­рое вре­мя за­клю­чён­ных пе­ре­во­ди­ли из «верх­не­го» от­де­ле­ния в ниж­нее и то­гда поз­во­ля­ли ра­бо­тать, но ра­бо­ту да­ва­ли са­мую тя­жё­лую. 

Из это­го ла­ге­ря Вла­ды­ка вер­нул­ся через де­сять лет — в фев­ра­ле 1937 го­да — со­вер­шен­но се­дым. По­сле осво­бож­де­ния он был на­зна­чен епи­ско­пом Бе­жец­ким, но на­зна­че­ния не при­нял. По­сто­ян­ное про­жи­ва­ние ему бы­ло раз­ре­ше­но в Ка­лу­ге. Там Вла­ды­ка ча­сто ви­дел­ся с ар­хи­епи­ско­пом Ка­луж­ским Ав­гу­сти­ном (Бе­ля­е­вым), с ко­то­рым под­дер­жи­вал дру­же­ские от­но­ше­ния как с че­ло­ве­ком од­но­го с ним по­движ­ни­че­ско­го ду­ха. 

В сен­тяб­ре 1937 го­да Н. К. В. Д. аре­сто­вал ар­хи­епи­ско­па Ав­гу­сти­на, о чём тут же узнал епи­скоп Ар­ка­дий. На сле­ду­ю­щий день око­ло по­лу­но­чи прео­свя­щен­ный Ар­ка­дий от­пра­вил­ся на вок­зал. Ему уда­лось сесть в по­езд, но вла­сти уже ис­ка­ли его. Со­став был за­дер­жан, в по­езд во­шли со­труд­ни­ки Н. К. В. Д. вме­сте с че­ло­ве­ком, ко­то­рый знал епи­ско­па в ли­цо, и Вла­ды­ка был аре­сто­ван. По­на­ча­лу его дер­жа­ли в Ка­луж­ской тюрь­ме, а за­тем пе­ре­ве­ли в Бу­тыр­скую тюрь­му в Москве. 17 ок­тяб­ря на­ча­лись до­про­сы. 

«Сви­де­те­ли», по­ка­за­ни­я­ми ко­то­рых вос­поль­зо­ва­лось след­ствие, го­во­ри­ли: «Осталь­ско­го я слу­чай­но встре­тил на ули­це воз­ле Пиме­нов­ской церк­ви, где в бе­се­де со мной он за­явил: «При­е­хал в Моск­ву на­ве­стить сво­их ду­хов­ных де­тей..» Даль­ше Осталь­ский со­об­щил мне: «Пра­ви­тель­ство взя­ло курс на уни­что­же­ние по­след­них остав­ших­ся пра­во­слав­ных хра­мов, по­всю­ду ви­дишь за­пу­сте­ние внеш­нее, но ве­ра в Бо­га у на­ро­да ве­ли­ка, это я го­во­рю по сле­ду­ю­щим уро­кам: сто­ить толь­ко епи­ско­пу по­явить­ся в де­ревне и го­ро­де, мо­мен­таль­но во­круг те­бя со­би­ра­ет­ся на­род; и как на мо­лит­ве се­бя дер­жат ве­ру­ю­щие — это то­же ха­рак­тер­но: ти­ши­на, тор­же­ствен­ное бла­го­го­ве­ние, по­ря­док... Я не ве­рю, чтобы Рус­ская на­ция со­вер­шен­но со­шла со сце­ны, нет, на­цио­наль­ный дух жи­вёт в Рус­ском на­ро­де, и при­дёт вре­мя, он се­бя по­ка­жет!». 

На до­про­се Вла­ды­ка от­ве­тил сле­до­ва­те­лю: «В по­ряд­ке обыч­ных раз­го­во­ров со сво­и­ми зна­ко­мы­ми кто-то из них за­дал во­прос, что необ­хо­ди­мо сде­лать для укреп­ле­ния Церк­ви. Я го­во­рил, что Цер­ковь рас­ша­ты­ва­ет­ся вслед­ствие на­ше­го нрав­ствен­но­го па­де­ния. Сле­до­ва­тель­но, для то­го, чтобы укре­пить Цер­ковь, необ­хо­ди­мо в ос­но­ву по­ло­жить на­ше нрав­ствен­ное усо­вер­шен­ство­ва­ние. По­след­нее яв­ля­ет­ся сред­ством борь­бы с неве­ри­ем и его на­ступ­ле­ни­ем на Цер­ковь... Я при­шёл к вы­во­ду, что по­сле осво­бож­де­ния я бу­ду стре­мить­ся не к то­му, чтобы управ­лять епар­хи­ей, а чтобы иметь воз­мож­ность со­вер­шать бо­го­слу­же­ние в хра­ме. Ес­ли это не удаст­ся, то быть хо­тя бы сто­ро­жем лю­бо­го хра­ма, скрыв от ве­ру­ю­щих своё епи­скоп­ское зва­ние, тем, чтобы сво­им вы­со­ким нрав­ствен­ным со­вер­шен­ство­ва­ни­ем дать об­ра­зец то­го, что и на­ши лю­ди мо­гут укра­сить Цер­ковь в совре­мен­ных усло­ви­ях...». 

В на­ча­ле де­каб­ря след­ствие бы­ло за­кон­че­но. Вла­ды­ку об­ви­ни­ли в контр­ре­во­лю­ци­он­ной де­я­тель­но­сти. Ви­нов­ным се­бя Свя­ти­тель не при­знал, и об­ви­не­ний, про­тив него вы­дви­ну­тых, не под­твер­дил. 

16 (29) де­каб­ря 1937 го­да Вла­ды­ка был рас­стре­лян на по­ли­гоне Н. К. В. Д. в по­сёл­ке Бу­то­во под Моск­вой и по­гре­бён в об­щей мо­ги­ле. 

При­чис­лен к ли­ку свя­тых Но­во­му­че­ни­ков и Ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских на Юби­лей­ном Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви в ав­гу­сте 2000 го­да для об­ще­цер­ков­но­го по­чи­та­ния. 

Ис­точ­ник: http://www.fond.ru

священномученик Аркадий (Остальский), епископ Бежецкий
Священномученик Аркадий (Остальский), епископ Бежецкий

Близится один из самых «зимних» и самых почитаемых во всем христианском мире праздников. Его народное название – «Никола зимний», а полное церковное – память святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, чудотворца.

Святитель Николай, чудотворец, Николай зимний

Храмы, посвященные Николаю Чудотворцу, существуют во всех частях света. Всезнающий интернет утверждает, что их более 6000. 
И в нашей области 19 декабря во многих монастырских и приходских храмах будут отмечать свой престольный праздник. Но в самом известном из всех посвященных святителю сооружений в Тверской епархии такого праздника не будет. Речь идет о колокольне Никольского собора в Калязине. 

«Никола на Жабне» 

Под этим названием в документах почти тысячелетней давности, относящихся к XI – XII векам, упоминается едва ли не самый древний из Никольских храмов на тверской земле. В ту пору при впадении небольшой реки Жабни в Волгу был основан Никольский монастырь, просуществовавший до XVII столетия. В 1694 году на его месте был построен собор, ставший центром Никольской слободы. В 1775 году две слившиеся воедино слободы – Никольская и Калязинская подмонастырская – образовали единый город Калязин, главным храмом которого стал Никольский собор. 

Здесь завершается Волжский крестный ход 

Соборная колокольня, полюбоваться на которую ныне приезжают люди со всей России, а зачастую и из других стран, была построена в 1800 году. Пятиярусную колокольню высотою 35 сажень (около 75 метров) по замыслу своего хозяина полковника Василия Ушакова соорудили крепостные мастера, обязавшиеся за свой счет разобрать и вновь построить ее, если она вдруг покосится или даст трещину. В архивных материалах сохранились их имена: Василий Степанов, Евдоким Иванов и Иван Иванов-Руделев с «товарищи». 
Удивительно легкая, почти воздушная при всей своей грандиозности колокольня как бы перекликалась с такой же по красоте колокольней Троице-Макарьевского монастыря. Можно представить, какой божественной музыкой звучали зовущие к богослужению колокола каждой из них. На Никольской колокольне их было 12, самый большой весом 501 пуд (около 8 тонн) был отлит в конце 1895 года. С ним-то и связана самая известная здешняя легенда, имеющая, однако, вполне реальные корни. 

Звон уже не обещает бед 

«Кто хочет увидеть единым взором, в один окоём, нашу недотопленную Россию – не упустите посмотреть на калязинскую колокольню», – писал нобелевский лауреат Александр Солженицын, побывавший в Калязине в сентябре 1996 года. 
На старых фотографиях видно, что Никольский собор и колокольня стояли на довольно высоком берегу. Знающие люди утверждают, что при строительстве Угличского водохранилища вполне можно было сохранить и собор, и Троицкий монастырь. Об этом просили и местные краеведы, направившие в Совнарком обстоятельное письмо, доказывающее историческую и культурную ценность калязинских святынь. Однако руководители Волгостроя не стали дожидаться ответа на него. Монастырские стены, а затем и храмы были разобраны, а добытый таким образом кирпич на баржах сплавляли в Углич, где уже шло строительство ГЭС. 

Колокольня уцелела, можно сказать, случайно, но правильнее – по Божьему промыслу и по молитвам Николая Чудотворца. Ее стали использовать как парашютную вышку, а когда началось затопление, превратили в речной маяк. 

Тут-то и произошли чудеса, о которых со слов очевидцев рассказывают уже несколько поколений калязинцев. Начались они после того, как с самого верхнего яруса колокольни сорвался в воду колокол, который хотели, но не успели оттуда снять. И этот оказавшийся на дне рукотворного моря колокол стал звонить. И каждый раз после этого звона следовали грозные и печальные события. Колокол звонил перед началом войны с Гитлером, когда враг подступил к Москве, а потом к Сталинграду, звонил и перед атомной бомбардировкой японских городов Хиросимы и Нагасаки. Последний раз он зазвучал перед началом войны в Афганистане. 

Его неоднократно пытались заставить замолчать с помощью водолазов, но ничего не получалось. В конце концов решили создать искусственный островок вокруг возвышающейся над водой колокольни, похоронив колокол под слоем щебня и камня. Эта легенда отражена в фильме «Берег», вышедшем на экраны в 1984 году. 

Миновали безбожные времена. И после того, как в августе прошлого, 2016 года на колокольне Никольского собора было установлено пять новых колоколов, их звон уже не обещает новых бед. Летом на искусственном островке возле колокольни служатся молебны. Именно здесь, возле нее, завершается ежегодный Волжский крестный ход, как бы подтверждающий духовную непотопляемость России, символом которой для всей страны стала калязинская колокольня. 

Автор: Сергей ГЛУШКОВ, tverlife.ru
 колокольня Никольского собора в Калязине колокольня Никольского собора в Калязине колокольня Никольского собора в Калязине колокольня Никольского собора в Калязине